«...насылая гуманистический туман»

Удивительны инверсии современного либерального сознания: напуганные Аушвицем (Освенцимом) либерально-демократические борцы за «права человека» требовали ранее (Югославия, Ирак), осуществляют ныне (Ливия, Сирия) и предполагают в будущем «гуманитарные [?!] бомбардировки». Откуда же ветер, гуляющий в головах сих персонажей?..

А вот, извольте познакомиться с «Вовлечением другого. Очерками политической теории» (2001 г.) одного из самых респектабельных идеологов современного либерализма, представителя Франкфуртской школы Ю. Хабермаса:

«Применение военной силы определено уже не одним только в сущности партикуляристским государственным мотивом, но и желанием содействовать распространению неавторитарных форм государственности и правления».

То есть, либерально-демократические индивидуалисты в своей борьбе с «местным» коллективистско-авторитарным «тоталитаризмом» имеют право призывать себе на помощь внешние силы, а Запад имеет право на военное вмешательство в пользу этих адептов «прав человека».

«Дальше в лес — больше дров»:

«Слабым местом глобальной защиты прав человека является отсутствие исполнительной власти, которая в случае надобности могла бы путём вмешательства в осуществление верховной власти национального государства создать условия для соблюдения Всеобщей декларации прав человека. Так как во многих случаях права человека пришлось бы утверждать вопреки желанию национальных правительств [то есть вопреки гражданским обязанностям и долгу], то необходимо пересмотреть международно-правовой запрет на интервенцию».

«Совет Безопасности мог бы быть расширен до дееспособной исполнительной власти по образцу брюссельского Совета Министров. Впрочем, свою традиционную внешнюю политику государства лишь в том случае начнут согласовывать с императивами мировой внутренней [?!] политики, если Всемирная Организация сможет под собственным командованием применять вооружённые силы и осуществлять полицейские функции».

«Только государства первого [!] мира могут себе позволить до определённой степени согласовывать свои национальные интересы с теми нормативными аспектами, которые сколько-нибудь определяют всемирно-гражданский уровень требований Объединённых Наций».

И т.д. и т.п.

Читая такое, ещё раз убеждаешься в правоте христианства, утверждающего, что  гордыня — смертный грех. Теперь понятно почему смертный — потому, что если мир не хочет быть таким, каким его желают видеть либеральные «защитники прав человека», то пусть этого мира не будет вовсе. Вот так действует зловещий закон инверсии: ограничивающие права индивида не должны иметь права на жизнь.

Геббельс как-то признался, что ему хочется схватиться за пистолет при слове «культура». Современные либералы и прочие неврастенические обитатели межкультурных пространств готовы схватиться за любое оружие при  словах «норма» и «идеал», защищая свободу и права «юношей Эдипов» [1] — подпольщиков глобализма, — выходцев из «лёгких» фракций социальных шлаков («тяжёлые» фракции — это то, что известно как «социальное дно»), образующих глобализирующееся «общество потребления» — социальную базу «Либерального интернационала». Гарантией существования этих носителей «местного» девиантного сознания, сформированного англо-американской культурой коротких мыслей и фраз (П. Сорокин), является подаваемое изумлённой публике как «самокритичность» слабоумно-рабское поддакивание внешнему сильному наглецу или профессионально-провокаторское «партнёрство» с Западом, напоминающее партнёрство Лёни Голубкова с МММ (не знающие отечества «граждане мира» могут выбрать).

Здесь самое время напомнить о мир-системном подходе И. Валлерстайна — возможно, наиболее последовательном и полном «завершении» экономикоцентричного течения в марксизме. В соответствии с этой концепцией, глобально-однородный экономический базис «стирает» культурное и государственное разнообразие, порождая безгосударственную и «культурно пустую» мир-систему глобальной буржуазии и, соответственно, глобального пролетариата — не только у пролетариата коммунизма, но и у буржуазии либерализма «нет отечества». Завершением этого процесса, «по Марксу», должна стать «всемирная пролетарская революция». И хорошо известно, что в разработке и продвижении современного (американского) глобализма выдающаяся роль принадлежит американским нео-консерваторам, идейными основоположниками которых были И. Кристол и Н. Подгорец, исповедовавшие идеи троцкизма, ставшего одной из западных политических технологий, использованных против СССР и используемых в «оранжевых революциях» и против современной России. Потому интернационал не знающих отечества «граждан мира» стратегически символичен «Третьему интернационалу»: нарушает законы социальной революции, провоцируя извне те процессы, которым положено было быть инициированным изнутри. Но «Либеральный интернационал» нарушает и законы либеральной революции, поощряя, ссужая деньгами, покровительствуя извне «пятой колонне» буржуазности — «революционерам» радикал-либерализма, — разрушающим нормы «местного» социума носителям эгоистической «индивидуальности», видящей на Западе своё тайное отечество.

Западничество есть проявление инфантильных комплексов тех, кому ноша национальной истории оказалась не по плечу. И тогда эти «юноши Эдипы» ищут более лёгкий путь — заимствование чужой истории и чужой традиции, стремясь эмигрировать в «лёгкие» пространства, как можно больше «прихватывая» из покидаемого «трудного». Эти миграции сопровождаются соответствующей идеологией: покидаемое «трудное» пространство дискредитируется в глазах «мировой общественности» как невыносимое, непригодное для «нормальной, цивилизованной жизни», загрязнённое недочеловеками, заряженное агрессией, нарушающее права «самодостаточных, эффективных и конкурентоспособных», ведущих Россию за «прогрессивным» Западом.

Прецедент деления мира на цивилизацию и варварство, как обоснование колонизации, был создан ещё в Древней Греции и воспроизведён в Европе Нового времени, оформившись в научно-рационалистическом менеджеризме, с апломбом заявившем о себе голосом деятелей Французской революции, задумавших подчинить весь мир преобразующей революционной воле новоевропейского человека, колонизующего мир и навязывающего ему свои стандарты «светлого будущего». Возникло европоцентричное видение истории, основным субъектом которой является Запад, а весь остальной мир — это объект его воли и права. Историческим фактом, однако, является то, что Россия — это единственная не-западная страна, которая не стала колонией Запада, что не вписывается в его цивилизационную программу.

Анализируя ситуацию «встречи» цивилизаций, А. Тойнби [2] прежде всего отмечал, что более мощная цивилизация как правило стремится использовать преимущества своего превосходства, делая это весьма агрессивно — вторгаясь в чужой социум, представители такой цивилизации склонны третировать «местных» как низших и даже неполноценных.

При этом, однако, наименее бесчеловечный характер имеет агрессивность той цивилизации, в культуре которой доминирует религия — представители такой цивилизации считают «аборигенов» лишь религиозно ничтожными, отличая себя от них как «агнцев и козлищ». Но ничтожество это может быть — и довольно скоро, — преодолено обращением в «истинную» веру. В исламе, например, иудаизм и христианство представали как две утренние звезды перед восходом солнца истинной веры. То есть признавалось, что все высшие религии, хотя и в разной степени почитая единого Бога, имеют моральное право на терпимость мусульман. Аналогичный взгляд наблюдается в христианском отношении к «еретикам» и «схизматикам».

Несравненно более жёсткое отношение к «местным» проявляют цивилизации с преобладанием светской культуры — «туземцы» воспринимаются как ничтожные в культурном отношении «вообще». В истории Запада «дикарь», стремившийся быть принятым в «цивилизованном» обществе, не мог ограничиться прохождением ценза образования и «хороших манер». Он обязан был признать превосходство западной культуры и примитивность, ничтожество своей собственной, полную политическую и экономическую несостоятельность себя и своих «соплеменников». Отсюда всего один шаг до признания собственно человеческой ничтожности «туземцев» вне всяких качественных оценок. Неполноценность этих «недочеловеков» объявлялась пропастью, которую невозможно и даже немыслимо преодолеть.

Потому-то и следуют одна за другой попытки экспроприации населения «этой» страны не только по материальному, но и по символическому счёту: лишая его национальной гордости, национальной памяти, национальной идентичности. Так как коллективная идентичность народа, как субъекта Большой истории, есть главная опора его эффективного сопротивления пиратской удали глобальных экспроприаторов.

Но тот, кто двигал, управляя
Марионетками всех стран, —
Тот знал, что делал, насылая
Гуманистический туман.


А. Блок

* * *

[1] Как известно, З. Фрейд выделял в нашем сознании три уровня: «Сверх-я» — интериоризированные (овнутренные) социальные нормы, «Я» и подсознательное «Оно». По Фрейду, в человеке постоянно взаимодействуют и конфликтуют инстинкт и культура. Первоначальная социализация нашего инстинкта протекает под знаком родительской власти. Драмы фрейдистской антропологии раскрываются в мифе об Эдипе — царственном юноше, покинувшем отчий дом, убившем неузнанного им отца и женившемся на собственной матери. Мать, по Фрейду, щадящая инстанция, тогда как отец — репрессивная, от которой исходит непреклонность нормы, которой должен подчиняться инфантильный инстинкт. Потому инфантильная мечта состоит в том, чтобы остаться с матерью и избежать отцовского давления. В этом, собственно, и заключена суть понятия «эдипов комплекс». Несмотря на то, что сам Фрейд предостерегал от игнорирования прав нашей внутренней природы, он все же желал победы социализирующему началу («отцу»). Однако, современные нео-фрейдисты встали на сторону инстинкта. Для них Эдип не жертва трагического недоразумения, а героическая фигура, избавляющая нас от несносного «отца», напоминающего о норме и дисциплине — «Если отец умер, то всё позволено» (перефразируя Ф. Достоевского).
[2] «Encounters between Civilizations», 1978.


toynbeesque
Хорошая книга у Тойнби. Там ещё следующая хороша - про поколения цивилизаций и "историю" как духовное восхождение человека.
И ещё про неизбежно возникающую на контакте цивилизаций интеллигенцию, которая немедленно получает ненависть со стороны обеих сред -- очень доходчиво разъяснено.
Грань за которую сильный перешагивает, понимая свою силу по сравнению с остальными, очень тонка. А за этой гранью неудержимая жажда повелевать, воспользовавшись своей силой навязать свою культуру. Это очень опасная штука. Она непременно ведёт к глобализму и извращает любую светлую идею, какой бы она не была. Не заставлять надо весь мир принимать твою культуру и принципы, а быть примером для других, и они если захотят сами её примут. А если и не захотят принять, то по крайней мере не будет возникать антагонизм, но может наладиться как минимум диалог культур.
Согласен. Этим "лидер" отличается от "начальника". Получается, что наши "западные партнёры" — просто лентяи. И занимаются тем, что постоянно ищут оправдание этой своей... неспособности. :-)



Edited at 2014-11-18 12:46 pm (UTC)